Главное меню

Протестные настроения и борьба в элитах

Несмотря на ситуативные положительные тенденции в экономике, население продолжало относиться к политической ситуации с большой долей скепсиса. Актуальные политические индикаторы, несмотря на массированную пропагандистскую артподготовку, приуроченную к пятилетию присоединения Крыма и годовщине переизбрания В.Путина президентом, могли порадовать лишь противников В.Путина. Его электоральный рейтинг остался в рамках сформировавшегося в июле-августе 2018 года коридора значений (среднее значение за этот период – 46,8%, что ниже уровня протестных 2011-2012 годов).

Между тем в администрации президента, судя по некоторым источникам, начал обсуждаться вопрос о том, не пора ли поменять куратора СМИ А.Громова на кого-то из более гибких медиа-менеджеров. Мол, нынешние методы критически устарели — слишком много «информационного мусора» и слишком мало смыслов.

Согласно схожей позиции других источников, кураторы СМИ чисто формально выполняют задание, потеряв чувство реальности. Поэтому нужен тотальный аудит, смена управленцев на всех медиа-этажах, проведение глобальных исследований на выявление истинных смысловых и форматных потребностей аудитории, а вопрос должен стать предметом пристального внимания Совбеза.

Пока, однако, проблему отношений с недовольной частью общества Кремль решает исключительно статистически — 21 марта Росстат объявил о сокращении бедности до минимума за 4 года — мол, по итогам 2018 года, число официально бедных — то есть людей с доходами ниже прожиточного минимума — упало до рекордно низкого за последние 4 года уровня — 18,9 млн. человек, или 12,9% населения, что на 3,1 млн. человек меньше, чем фиксировалось в начале 2017 года, когда показатель достиг 22 млн. человек (уровень 2005 года).

Рекордный результат достигнут благодаря творчеству нового руководства Росстата, которое решило считать, что прожиточный минимум увеличивался в прошлом году медленнее инфляции. В реальности же ситуация выглядела куда более удручающей. Так, в четвертом квартале прожиточный минимум составлял 10,213 тыс. рублей, а минимальная стоимость набора продуктов, услуг и товаров, необходимых «для обеспечения жизнедеятельности человека и сохранения его здоровья», составляла 10,451 тыс. рублей.

Так, на конец первого квартала 2018 года величину прожиточного минимума установили на уровне 10038 рублей — на 1,3% выше, чем годом ранее, хотя инфляция на конец марта составляла 2,4%. Во втором квартале прожиточный минимум составил 10444 рубля — на 1,1% больше, чем за тот же период 2017 года. При этом инфляция оценивалась Росстатом в 2,3%. В третьем квартале прожиточный минимум увеличили на 1,1% год к году при инфляции в 3,4%. И лишь в четвертом квартале прирост показателя — 4,3% — совпал с темпом роста цен.

В такой ситуации не приходится удивляться, что расходятся друг с другом повестка власти, удовлетворенной «бумажной» победой над бедностью, и повестка населения, которое оценивает бедность не по прожиточному минимуму, а по состоянию своего быта. В частности, 68% (+4 п.п. в годовом исчислении) россиян считают, что в стране происходит экономический кризис, и только 8% опрошенных верят в улучшение ситуации в будущем. Лишь 20% (-2 п.п.) опрошенных считают, что в России нет экономического кризиса. Говоря о том, в чем именно нынешний кризис проявляется, респонденты отмечали главным образом рост цен (28%) и понижение уровня жизни населения (27%). В будущее россияне смотрят без особого оптимизма — лишь 27% опрошенных считают, что ситуация в ближайшее время не изменится, 19% убеждены, что через год экономический кризис в России будет сильнее (+ 5 п.п. к апрелю 2018 года). На ослабление кризиса или его завершение надеются не более 8% граждан (-3 п.п.) .

О кризисном характере социально-экономического базиса свидетельствует и состояние общественного сознания — согласно обнародованным на минувшей неделе данным социологов из исследовательской группы ЦИРКОН, российское общество не имеет общей ценностной шкалы, и не в состоянии демонстрировать «ценностной солидарности». Начавшаяся в 2012-2013 годах и затянувшаяся стагнация привела российское массовое сознание в состояние, типичное для периода кризисного развития общества. Как отмечают исследователи, подобное состояние общества создает проблемы для политиков, поскольку ориентация на внятные идеологические позиции гарантирует только 3-4% определенного электората, что вынуждает политиков к популизму, без которого не наберешь «значимые электоральные объемы». Ценностная фрагментация общества удобна для власти тем, что власть вольна принимать любое решение, так как среди граждан нет ни одной массовой группы, которая могла бы оказать сопротивление, однако при этом нет и таких групп, на которые власть могла бы твердо опереться. Кроме того, место ценностей неизбежно занимают «война всех против всех», ксенофобия и агрессия.

Так, до сих пор в Якутии продолжает сохраняться крайне напряженная атмосфера из-за антимигрантских настроений среди коренного населения, а 28 марта власти запретили мигрантам торговать, возить пассажиров, заниматься производством продуктов, напитков и одежды.

В некоторых случаях, когда дело касается жизненно важных интересов, происходит и самоорганизация — например, жители московского района Кунцево объявили о приостановке оплаты коммунальных услуг в рамках акции против сноса домов.

Нечеткость ценностных ориентиров российского общества отражается в такой тенденции, как стирание идеологических границ и формирование «право-левых» политических альянсов. В этом же направлении, как отмечают аналитики, движутся социал-демократическая «Справедливая Россия» и православный бизнесмен, монархист К.Малофеев. Обе стороны намерены испытать этот проект на электоральном поле — на выборах в Госдуму в 2021 году.

Вместе с тем «Единая Россия», которая сама возникла в ходе кризиса, став воплощением центристской реакции на правые и левые альтернативы, превратившись затем в «партию Путина», символ и партию его власти, сегодня теряет политические очки. На минувшей неделе стало известно, что председатель ЕР, премьер Д.Медведев отозвал из «Единой России» своего представителя Ж.Одинцову, и теперь А.Турчак, секретарь генерального совета партии, будет обсуждать ключевые вопросы лично с Д.Медведевым. Хотя теперь и неудачи единороссов будут больше ассоциироваться с премьером, чем раньше. В окружении Д.Медведева эту перестановку рассматривают как начало розыгрыша «медведевского» варианта трансферта «преемник-2024», однако ситуация как вокруг самого Д.Медведева, так и «Единой России» к оптимистическим прогнозам не располагает. Арест М.Абызова, считавшегося одним из лоббистов второго срока Д.Медведева в 2011-2012 годах, расценивается также и как ответ И.Сечина и близких к нему групп влияния на вариант второго президентства Д.Медведева, призванный усилить политическую изоляцию премьера. Полагают также, что на решение об аресте М.Абызова повлиял его старый конфликт с В.Вексельбергом и М.Фридманом.

Одним из центральных событий на партийно-политическом поле тем временем стала история с выборами мэра Усть-Илимска (Иркутская область), где А.Щекина, домохозяйка, мать-одиночка, не имеющая постоянной работы и высшего образования, выдвинутая ЛДПР, была избрана мэром, опередив председателя городской думы, единоросса С.Зацепина. Победа политического спойлера на выборах с низкой явкой (32,71%), которая якобы удобна для того, чтобы отсечь протестный электорат, мобилизовав сторонников «партии власти», показывает, что парадоксы с избранием спойлеров, начавшиеся на региональных выборах в 2018 году, могут получить продолжение. ЛДПР уже анонсировала всестороннюю поддержку А.Щекиной в управлении городом . Впрочем, фактически править городом вновь будет бывший (еще в начале 1990-х гг.) мэр А.Дубас, не допущенный до выборов и оказавший поддержку А.Щекиной.

По мнению некоторых комментаторов, аресты таких фигур, как бывшие министры М.Абызов и В.Ишаев, могут означать, что на политическую сцену в качестве ведущих игроков выходят силовики, накопившие компромат на любые фигуры, а потому имеющие возможности для того, чтобы диктовать свою волю центрам принятия решений.

Поэтому одним из центральных событий недели стал резонансный арест одного из ближайших сподвижников А.Чубайса и Д.Медведева, экс-министра открытого правительства М.Абызова. В вину ему вменили создание преступного сообщества, которое выводило за рубеж деньги, полученные путем обмана акционеров ОАО «Сибирская энергетическая компания» и ОАО «Региональные электрические сети». Притом «дело Абызова» выводит на других людей из нынешнего и бывшего руководства правительства, создавая угрозы едва ли не всей группе «системных либералов» и прежних сторонников укрепления политических позиций Д.Медведева. Так, директиву о покупке четырех абызовских энергокомпаний, «реально стоивших», по версии следствия, 186 млн. рублей, за 4 млрд. рублей давал министр финансов А.Силуанов (к его ведомству относится осуществлявший покупку ФГУП «Алмазювелирэкспорт») по рекомендации тогдашнего вице-премьера А.Дворковича и, как полагают, с согласия премьера Д.Медведева.

Хотя есть и такая точка зрения, что Д.Медведева специально «оголяют», чтобы он, оставшись без группы поддержки, вновь стал идеальным преемником — абсолютно лояльным, без своей игры. Однако эта версия носит слишком надуманный характер и появляется в информационном поле, судя по всему, с подачи пиарщиков самого премьер-министра.

Правда, нельзя исключать, что и у сторонников Д.Медведева остается силовой ресурс. Это могли показать последовавшие за арестом М.Абызова события 28 марта, когда в Москве был задержан В.Ишаев, экс-глава Хабаровского края (1991-2009 гг.), бывший полномочный представитель президента РФ в Дальневосточном федеральном округе (2009-2013 гг.) и министр по развитию Дальнего Востока (2012-2013 гг.), обвиненный в мошенническом хищении средств у «Роснефти». Формально В.Ишаев, как и М.Абызов работал на федеральных должностях у Д.Медведева, но скорее в порядке политического компромисса. При этом В.Ишаев долгое время сотрудничал с И.Сечиным и уж совсем никакого отношения не имел к лагерю «системных либералов», удар по которому нанес арест М.Абызова.

В то же время И.Сечин, как полагают, нашел способы вмешаться в судьбу В.Ишаева и помочь ему. Если первоначально ему в вину якобы ставились махинации с экспортом леса, тянущие на большие сроки, то затем «Роснефть» начала распространять информацию о неких своих претензиях к В.Ишаеву, а связи экс-губернатора с «лесной мафией» больше не упоминаются. В итоге В.Ишаев помещен под домашний арест, а сумма финансовых претензий к нему снижена до минимума. Поэтому положение В.Ишаева совсем не «симметрично» реальным и крупным проблемам у М.Абызова, которые могут «потянуть» за собой ряд других федеральных фигур. Дело В.Ишаева, напротив, носит локальный характер и угрожает ряду персон из хабаровской деловой и властной элиты, а также губернатору С.Фургалу, на которого В.Ишаев оказывает немалое влияние.

В целом уголовные дела в отношении видных, хотя и бывших чиновников способствуют не только росту напряженности в элитах, но и столкновениям между ее группами, росту взаимных подозрений и недоверия. На фоне «игры мускулов» задача осуществления транзита власти выглядит весьма затруднительной, да и конструкция трансферта может затрещать от одних только внутриэлитных противоречий. В этих условиях пока что формируются предпосылки для «сноса» с подачи силовиков едва ли не всей условно «старой» элиты, будь то «либералы» или «старые хозяйственники». Но быстро и успешно заместить их новыми элитами типа «технократов» и «лидеров России» будет сложно, поскольку это требует и большего запаса времени, и большего количества подготовленных к государственной работе людей. Да и те же силовики не являются сторонниками формирования элиты посредством проводимых с подачи администрации президента и ее внутриполитического блока конкурсов. Поэтому ситуация вокруг элит и трансферта власти после событий прошлой недели приобретает весьма запутанный характер – перспективных фигур и групп влияния становится все меньше, а новые сами собой не появляются.

Не стоит также забывать, что блокирование ЦИК с подачи Кремля передачи депутатского мандата бывшему кандидату в президенты П.Грудинину создает риски для отношений с КПРФ, имеющей немалую электоральную базу. Аналогично обостряют отношения с ЛДПР скандалы с арестами и уголовными делами в отношении чиновников в Хабаровском крае, хотя они и не касаются лично губернатора С.Фургала. В логике Кремля из этого может следовать зачистка не только «старой» элиты, но и «старого» партийного поля. Но опять же быстро и уверенно «заместить» в сознании избирателей устойчивых и привычных партийных игроков какими-либо новыми силами – задача крайне сложная и вряд ли решаемая за период до думской кампании 2021 г.

При этом аресты высокопоставленных «бывших» перечеркнули значимость темы перестановок в губернаторском корпусе, хотя некоторые уточнения в связи с новыми назначениями сделать, на наш взгляд, необходимо.

Некоторые аналитики вообще склонны рассматривать практически все внутриполитические события, включая смену губернаторов, через призму национальных проектов, которые, мол, теперь и определяют контуры и особенности новой региональной политики, направленной на обеспечение «прорыва». Я бы не спешил с подобными выводами.

В частности, прежде всего, в самой президентской администрации новые назначения расцениваются как небесспорные. Не стоит переоценивать прослеживающийся след земляческих отношений в назначениях А.Текслера (Челябинская область) и О.Хорохордина (Республика Алтай). Для местных элит они являются такими же варягами, как и Д.Паслер и А.Чибис для Оренбуржья и Мурманской области. Насколько устойчивы позиции «людей Кириенко» в центре, тоже можно спорить. Положение его команды не очень надежно. Так, стало известно, что на С.Кириенко якобы возложили ответственность за противодействие формированию в Молдове «большой коалиции» между партиями олигарха В.Плахотнюка (Демпартия, ДПМ) и пророссийского президента И.Додона (Партия социалистов, ПСРМ).

Распространены и подозрения, что С.Кириенко строит по итогам конкурса «Лидеры России» некую вертикаль с целью формирования новой элиты и с собственным прицелом на занятие высших постов в государстве. Разумеется, это вызывает недовольство многих групп элиты, для которых С.Кириенко остается «темной лошадкой» с неясными, но очевидно амбициозными целями.

Что же касается нацпроектов, то их реализация наталкивается на недостаток финансирования со стороны центра. Последний, в лице А.Силуанова, кивает, в свою очередь, на регионы, которые, мол, не готовы осваивать выделяемые средства и т.д. По его словам, регионы демонстрируют низкие темпы работы по реализации нацпроектов. В субъектах по национальным проектам заключено чуть больше 2 тыс. контрактов, или примерно 3% объема распределенных межбюджетных трансфертов. При этом 21 регион вообще не заключил ни одного контракта, а 30 регионов — от одного контракта до трех. А на минувшей неделе появились сообщения, согласно которым различные органы государственной власти стали осваивать средства, выделяемые на нацпроекты, разворачивая систему госзакупок в своих интересах.

В то же время зятю Г.Тимченко, владельцу Русской рыбопромышленной компании Г.Франку все-таки удалось пролоббировать через правительственные комиссии закон о распределении квот на вылов краба на аукционах. В ближайшее время законопроект будет внесен в Госдуму. Но есть риск, что если у нынешних рыболовецких хозяйств (преимущественно – дальневосточного бизнеса) эту отрасль заберут и отдадут Г.Франку, то добыча крабов упадет, поскольку промысловые фирмы Г.Франка могут попасть под санкции .

Зато не повезло сыну главы Роскосмоса Д.Рогозина — А.Рогозину. Завод «Авиастар СП», входящий в Авиационный комплекс имени Ильюшина, которым с 2017 года руководит А.Рогозин, сорвал гособоронзаказ на поставку военно-транспортных самолетов Ил-476. Сообщается, что по итогам совещания у куратора ОПК, вице-премьера Ю.Борисова перед А.Рогозиным встала перспектива отставки. Поддержать это решение готова группа С.Чемезова, к которой относится и Ю.Борисов.

Ранее в борьбу за свои интересы вступила было РПЦ — патриарх Кирилл просил Росимущество передать в ведение Русской православной церкви Спасо-Андроников монастырь в Москве и прилегающие к нему здания, в том числе Музей древнерусской культуры и искусства имени Андрея Рублева. При этом, после того, как в Кремле дали понять, что патриарху никто ничего не должен, в РПЦ напомнили, что Россия при вступлении в Совет Европы обязалась вернуть религиозным организациям их собственность.

На минувшей неделе РПЦ получила более болезненный ответ — 22 марта появился законопроект, в котором предполагается не распространять действие уголовной статьи об оскорблении чувств верующих на театральные постановки, произведения изобразительного и киноискусства, выставки и музеи. На парламентские слушания по законопроекту приглашены 265 участников, в том числе представители администрации президента, правительства, региональные министры культуры, лидеры творческих союзов, художники, ученые и др. При этом выяснилось, что, несмотря на просьбы представителей РПЦ, их не ввели в состав рабочей группы, которая занимается концепцией данного законопроекта.

В ответ в атаку пошла игуменья К.Чернега, руководитель правового управления Московской патриархии, объявившая, что РПЦ не допустит принятия таких поправок. По ее словам, в России и так немало произведений, которые «посягают и оскорбляют религиозные чувства верующих», однако едва ли Кремль, недовольный РПЦ из-за проигрыша украинской автокефалии, намерен отступать.

В целом, во внутренней политике вырос риск «войны всех против всех», вызванный резонансными арестами бывших крупных чиновников, способными повлечь за собой ухудшение позиций ряда групп элиты, причем не только из числа «системных либералов».

Поделиться статьей:


2 комментария to Протестные настроения и борьба в элитах

Оставить комментарий