Главное меню

Неблагоприятный внешнеэкономический фон и проблемы промышленного производства

Внешнеэкономический фон для российской экономики, зависящей, прежде всего, от конъюнктуры глобальных топливно-сырьевых рынков, оставался неблагоприятным. Соединенные Штаты продолжили увеличивать добычу нефти на фоне устойчивого сокращения числа нефтяных буровых установок, что говорит о дальнейшем совершенствования технологий и сокращении издержек в отрасли. Саудовская Аравия и йеменские хуситы объявили о перемирии, что сыграло против повышения цен на нефть, как и риторика Д.Трампа, заявившего с трибуны ГА ООН о намерении ограничить американские инвестиции в китайскую экономику и затруднить инвестиции Китая в США. Это заявление повлекло за собой как падение акций китайских компаний, так и цен на нефть, крупнейшим потребителем которой является китайская экономика.

Для России растут издержки затягивающегося строительства газопровода «Северный поток-2». По сообщениям зарубежных источников, его строительство обойдется компании Nord Stream 2 дороже, чем запланировано, что связано с задержкой процедуры утверждения проекта в Дании. Представитель Nord Stream 2 назвал действия Дании тактикой остановки строительства. Многомесячная задержка с получением разрешения может привести к дополнительным расходам в несколько сотен миллионов евро. Трубопровод уже стоит более 9 миллиардов евро.

Между тем, в России тон задают именно предприятия топливно-сырьевого сектора, поставляющие на мировые рынки нефть, газ, металлы, древесину и т.д., — реально «торгуемую», ликвидную российскую продукцию. Именно эти предприятия поставляют экономике валюту, к которой привязана практически вся рублевая эмиссия. В итоге реальные деньги имеются только у крупнейших экспортеров сырья, которые продолжают наращивать инвестиции — так, по итогам первого полугодия 2019 года, рост инвестиций наблюдался лишь в секторе добычи полезных ископаемых (на 5,1% в годовом исчислении). А вот в обрабатывающей промышленности прирост инвестиций оказался нулевым.

Чтобы поддержать прибыльность в топливно-сырьевом секторе, власти РФ готовы даже проводить искусственную девальвацию рубля, чему, во-первых, служит использование всего текущего и прогнозируемого профицита бюджета в 2020-2022 годах на приобретение валюты Минфином. Изымая валюту с рынка, правительство не позволяет рублю укрепляться, отрезая тем самым компании и граждан от импорта. Более того, ведомство намерено направлять на приобретение валюты и все деньги, которые ему удастся занять за счет размещения облигаций федерального займа[1]. По сути, ЦБ и Минфин ведут Россию все ближе к госмонополии на владение валютой — масштабная скупка валюты на Московской бирже с изъятием из экономики десятков миллиардов долларов в год, постепенное опустошение запасов валюты крупного бизнеса, а также выдавливание из валютных вкладов населения[2] — уже стали официальной политикой российских финансовых властей.

Во-вторых, Центробанк и правительство, обеспечивая поддержку сырьевого вектора развития, уже давно проводят курс на максимальное ограничение спроса, вытягивая деньги из карманов населения через налоги и сборы, повышение пенсионного возраста, акцизов, НДС и др.[3] В стране по-прежнему высок уровень бедности. Если оценивать реальный уровень бедности в России не «прожиточным минимумом» от Росстата, а по нижней планке доходов, которую считают «границей» нищеты сами граждане, то уровень нищеты в три раза превысит официальный. Почти половина российских семей заявили о доходах ниже прожиточного минимума.[4] На минувшей неделе был нанесен очередной удар по кредитованию населения — с 1 октября вступают в силу новые правила ЦБ по выдаче потребительских ссуд. Кредиторы теперь обязаны учитывать долговую нагрузку граждан, и число отказов клиентам увеличится, а, соответственно, спрос на рынке должен будет в очередной раз сжаться. Основное направление проводимого курса весьма четко выразил В.Путин, поручивший премьеру Д.Медведеву проконтролировать исполнение бюджета таким образом, чтобы не залить в экономику лишних денег и не вызвать ускорения инфляции. При этом по сравнению с текущим годом, когда на деятельность президента и кремлевской администрацию было выделено 11,7 млрд. рублей, расходы вырастут в три раза (до 38 млрд. рублей) [5].

Тем временем В.Путин подписал закон о внесении поправок в Налоговый кодекс, которые предусматривают шестикратное повышение сборов с винодельческой продукции. В ноябре предполагается одновременный запуск двух дублирующих друг друга систем контроля молочной продукции, который приведет к росту цен в магазинах на 10-12%. Платить налоги в России обяжут граждан, которые провели в стране 90 дней в году. Сейчас, чтобы «утратить налоговую связь» с Россией, надо провести в стране менее 183 дней. Многие предприниматели пользуются этим, чтобы не отчитываться об иностранных активах и не платить налог с нераспределенной прибыли. Теперь минимальный срок пребывания в России сократится вдвое — если человек провел в России больше трех месяцев, он автоматически будет считаться налоговым резидентом. Но даже если гражданин находился в России менее 90 дней, он все равно будет считаться налоговым резидентом при наличии недвижимости, экономических и личных связей в России.

Одновременно с ужесточением условий для признания налогового резидентства Минфин предлагает уравнять ставку НДФЛ для налоговых резидентов и нерезидентов. Предлагается установить ставку НДФЛ для нерезидентов на уровне 13% вместо нынешних 30%. Это снижение НДФЛ для нерезидентов уменьшит стимулы для состоятельных россиян надолго уезжать за границу. Предлагается также расширить число объектов недвижимости, которые облагаются налогом на имущество организаций по кадастровой стоимости. Ввиду этого новшества бизнес опасается роста налоговой нагрузки, поскольку в зоне обложения налогом на имущество организаций, исходя из кадастровой стоимости, окажутся практически все объекты недвижимости, включая незавершенное строительство и производственные объекты.

Минприроды, в свою очередь, предлагает повысить норматив утилизации на все виды товаров и упаковки до 100%, что приведет к затратам производителей потребительских товаров, которые, очевидно, переложат издержки на покупателей. В результате цены вырастут до 10%. Это следует из писем отраслевых объединений в Минпромторг.[6] Минфин же намерен включить в Налоговый кодекс утилизационный сбор, туристический сбор, а также отчисления операторов сети связи общего пользования.

В-третьих, ЦБ, как уверяют эксперты, практически не рефинансирует коммерческие банки, работающие с частным бизнесом. В сложившейся финансовой системе, подчиненной обслуживанию экспортеров сырья, у этих банков нет, и не может быть качественных активов, которые могли бы быть переданы Центробанку в качестве залога. Это вынуждает коммерческие банки «задирать» кредитные ставки для бизнеса в разы выше официальной инфляции.

Политика, которую проводят Центральный банк и правительство РФ, фактически ведет к обескровливанию обрабатывающего сектора промышленности и созданию режима наибольшего благоприятствования для сырьевых компаний.

В обнародованном на минувшей неделе проекте федерального бюджета на 2020-2022 годы, Минфин заложил увеличение финансирования силовых структур и сокращение расходов на экономику, образование и поддержку регионов. Согласно документу, в следующем году при доходах в 20,363 триллиона рублей правительство намерено потратить 19,503 трлн. рублей. Профицит бюджета в 2020 году составит порядка 860 млрд. рублей, и весь уйдет на закупку валюты Минфином, который намерен на эту же цель направлять все деньги, которые ему удастся занять за счет размещения облигаций федерального займа. В 2021 году профицит должен составить 614 млрд. рублей, а в 2022 г. — 287 млрд. В рамках бюджетного правила эти средства также будут в полном объеме конвертированы в иностранную валюту. Расходы по сравнению с 2019 годом увеличатся лишь на 1,9% (на 365 млрд. рублей), причем на экономику предполагается потратить на 345 млрд. рублей меньше, чем 2019 году.

Эксперты указывают, что в уточненной росписи бюджета-2019 на поддержку экономики заложено 2,896 трлн. рублей, тогда как в законопроекте бюджета-2020 — только 2,551 трлн. рублей. Между тем, в прошлогоднем трехлетнем бюджете на 2019-2021 годы расходы на экономику прогнозировалось сократить лишь на 1,2%, а в реальности их намерены сократить на целых 11,9%. На 13 млрд. рублей уменьшаются расходы на образование — с 899 в 2019 году до 886 млрд. рублей в 2020 г. (минус 1,5% — вместо обещанного в прошлом году увеличения на 2,1%). Урезаны, по сравнению с текущим годом, субсидии регионам (с 1,038 до 1,008 трлн. рублей), а также финансирование системы ЖКХ (с 290 до 248 млрд. рублей, на 14,5%, хотя в бюджете на 2019-2021 годы было намечено в 2020 году увеличить финансирование ЖКХ на 2,5%).

В то же время сэкономленные деньги правительство отчасти направит на упрочение силового фундамента власти — в бюджеты Минобороны, МВД, Росгвардии, СК, прокуратуры и ФСБ, на которые придется 28,7% бюджета[7]. Предполагается также увеличить расходы на создание привлекательного образа страны — на государственные СМИ, а также на системы социального обеспечения, здравоохранения и охраны окружающей среды[8].

Соответственно, судя по бюджетным раскладкам, сообщающим о сохранении курса искусственной девальвации рубля, продолжится деградация операционной среды для компаний в секторе обрабатывающей промышленности. Между тем, в минувшем месяце, как сообщила компания IHS Markit, специализирующаяся на сборе и анализе экономической информации, индекс деловой активности PMI обрабатывающих отраслей РФ в сентябре 2019 года рекордно рухнул до 46,3 пункта против 49,1 пункта в августе. Это максимальное ухудшение рыночной конъюнктуры за последние десять лет. Ничего подобного мы не видели с кризисного 2009 года.

Кроме того, сентябрь стал пятым месяцем непрерывного снижения деловой активности в промышленных секторах российской экономики. Последнее среднее значение индекса PMI обрабатывающих отраслей РФ за квартал на уровне 48,2 пункта было наихудшим со второго квартала 2015 года. Значение индикатора, который учитывает объемы производства, количество заказов, запасы продукции, цены на сырье и занятость, в минувшем месяце оказалось на минимуме с мая 2009 года. Предприятия столкнулись с потерей старых клиентов и сложностями с привлечением новых. В результате промышленники начали сокращать закупки сырья для производства, распродавать запасы готовой продукции и второй месяц подряд сокращают штат. Иначе говоря, пошли по пути, ведущему к рецессии.

Эксперты называют новые данные IHS Markit «шокирующими» и свидетельствующими о том, что обрабатывающая промышленность в сентябре переживала реальные проблемы. Между тем, Росстат, рассчитывающий аналогичный индекс деловой активности, фиксирует продолжающийся рост всех показателей.

Растущей закрытости российской экономики, появлению в бюджете все большего числа секретных статей и т.д. соответствует движение госкомпаний в сторону непрозрачности, отражающее тенденции времени и тренда на закрытость. Государственные компании уходят в тень непубличных организаций, чтобы не представлять широкой публике сведений о себе и своей деятельности. На минувшей неделе появились данные Росстата о том, что число непубличных акционерных обществ, находящихся в госсобственности, превысило количество публичных компаний. Публичных акционерных обществ (ПАО) с госучастием становится все меньше — за два с половиной года (с начала ведения такой статистики) их число сократилось почти вдвое. Одновременно на четверть выросло количество непубличных акционерных обществ (АО), акциями которых владеет государство.

Между тем, Росстат добился в отчете о макроэкономических показателях прошлого года феноменальных темпов роста, но был разоблачен. На минувшей неделе глава комитета по налогам и бюджету Госдумы А.Макаров заявил, что рекордное за 6 лет ускорение экономики (рост ВВП на 2,3%), имевшее якобы место в прошлом году, не нашло подтверждения. Вместо роста ВВП на 2,3%, который Росстат представил экспертам вскоре после замены руководителя этого ведомства, «получаются совершенно другие цифры». По словам А.Макарова, зоной манипуляций стала статистика по доходам населения, в первую очередь — зарплатам. Выяснилось, в частности, что между фондом оплаты труда по данным Росстата и Федеральной налоговой службы зияет пропасть, объясняемая тем, что за основу в Минэкономразвития, в отличие от ФНС, берутся не фактические данные, а сведения, полученные из опроса предпринимателей. Если же использовать фактические цифры от налоговой службы, то получается совершенно иная размерность экономического роста. А.Макаров послал очень серьезный сигнал, поставив под вопрос достоверность официальной экономической статистики. Не исключено, что пошатнувшееся доверие к усилиям М.Орешкина представить оптимистическую картину ситуации в российской экономике побудило Кремль расширить функционал М.Бабича, повысив его ранг с обычного заместителя министра до первого заместителя. Это решение было неожиданным для М.Орешкина и не доставило ему удовольствия. М.Бабич же получил удобную стартовую площадку, с которой он может быть назначен на любой высокий пост в правительстве и в администрации президента.

Кстати, обсуждается версия, согласно которой назначение М.Бабича первым заместителем министра экономического развития является шагом к дальнейшим изменениям в правительстве. Это связано и со значительным укреплением вице-премьера Д.Козака, который неформально перехватывает инициативы и функционал в Белом доме. М.Бабич считается участником связки с вице-премьером Д.Козаком, и возьмет на себя управление интеграционными процессами на евразийском пространстве. Кроме того, М.Бабичу дан мандат заниматься контролем за реализацией национальных проектов. При этом М.Бабич не намерен вмешиваться в ситуацию в Донбассе. Ей, как и раньше, занимается (с точки зрения экономики) заместитель министра С.Назаров, сотрудничающий с Д.Козаком. В то же время М.Бабич вполне готов курировать интеграционные процессы с Белоруссией, хотя прежние результаты его работы на этом направлении вызывали вопросы.

По версии, имеющей хождение в окружении В.Суркова, помощник президента обеспокоен ситуацией, складывающей вокруг украинского направления российской внешней политики. Кроме того, ходит слух, что управление приграничного сотрудничества, курируемое В.Сурковым, может быть распущено, а аппарат управления будет перестроен под новые цели и задачи, которые станет определять М.Бабич. В.Суркова, согласно этим слухам, отправят в отставку, а на освободившееся место помощника президента может быть приглашен М.Бабич. Для этого якобы и был пока что организован аппаратный скачок М.Бабича с позиции двенадцатого заместителя министра на позицию первого заместителя.

Тем временем Росстат манипулятивными способами наращивает «инвестиционный бум» в России. Из 6,695 триллиона рублей инвестиций, о которых Росстат отчитался по итогам первого полугодия, только 5,041 триллиона напрямую подтверждаются отчетностью компаний. Оставшиеся 1,654 триллиона рублей, или 25% итоговой суммы, являются результатом математических досчетов, а не реально собранных данных. Это — инвестиции, которые Росстат классифицирует, как «не наблюдаемые прямыми статистическими методами». К ним относятся, в частности, капитальные вложения малого бизнеса. Если же исключить эти досчеты и рассматривать только прямую статистику по предприятиям, то вместо 0,6% роста инвестиций за полугодие в стране придется зафиксировать их сокращение на 1,1%, как подсчитали эксперты «Центра развития» Высшей школы экономики.

Иными словами, весь скромный прирост инвестиций, который Росстат включил в статистику по ВВП, пришелся на «скрытую экономическую активность» и малый бизнес. В этом секторе, согласно официальной статистике, второй год подряд наблюдается настоящее чудо — в прошлом году «невидимые инвестиции» составили 4,388 триллиона рублей, показав скачок более чем на 10%, а за январь-июнь этого года прибавили еще 5,8%.[9] Эксперты отмечают невиданные ранее флуктуации — в большинстве отраслей выпуск растет, однако наметилась тенденция к сокращению инвестиций на фоне расширения производства. Отраслей, сокращающих инвестиции при росте производства, уже больше, чем увеличивающих, чего ранее не наблюдалось. Такая ситуация может ассоциироваться с ослаблением желания инвестировать в силу действия ограничений экономической активности внутри России, фиксируемых опросами Росстата (в частности, налоговой нагрузки на фоне повышения в этом году НДС) [10].


[1]          При этом Минфин декларирует, что в валюту конвертируются деньги от нефти дороже 40 долларов за баррель, а на деле в ближайшие три года пополнять валютные запасы ведомство собирается в долг. Так, профицит бюджета-2020 составит 860 млрд. рублей, тогда как в валюту будет вложено 2,333 трлн. Это означает, что 62% валютных интервенций будет профинансировано долгом. В 2021 году предполагаемый профицит бюджета снизится до 614 млрд. рублей, и 72% валюты (на 2,235 трлн. рублей) будет приобретено Минфином в долг. В 2022 году, согласно плану, валютные интервенции будут финансироваться на 85% за счет ОФЗ — профицит бюджета составит лишь 287 млрд. рублей, а валюты предполагается купить на 2,035 трлн. рублей.

[2]          ЦБ намерен ввести отрицательные ставки для депозитов в иностранной валюте, т.е. фактическую плату за ее хранение в банках.

[3]          Такие как повышение пошлин, тарифов ЖКХ, введение системы «Платон» и налога на самозанятых и т.д.

[4]          Опрос, проведенный «Левада-центром» в июне-июле в 137 населенных пунктах и охвативший 50 регионов РФ, показал, что в представлении россиян семья живет в бедности, если доход одного члена семьи ниже 12,5 тысячи рублей в месяц. Это выше официального «прожиточного минимума», который на второй квартал 2019 года был установлен на уровне 11,2 тысячи в рублей. По данным «Левады», о доходах ниже «субъективной границы» бедности заявили 40% респондентов. Это в три раза выше, чем признанный правительством уровень бедности, который Росстат оценил в 13,5% населения, или 19,8 млн. человек. «Нормальный» уровень дохода, позволяющий, по мнению участников опроса, жить, а не выживать, составляет 38,1 тысячи рублей на члена семьи в месяц. Столько, по данным исследования, получают лишь 7% респондентов. Примечательно и то, что с 2017 года постепенно сокращается разрыв между оценкой нормального дохода и фактическим среднедушевым доходом, что может свидетельствовать о снижении потребления и материальных притязаний, о привыкании к бедности.

[5]          Речь идет о статьях «Функционирование президента» и «Президент и его администрация». На первую запланированы траты в размере 24,2 млрд. рублей в 2020 году, 24,5 млрд. — в 2021 году и 25 млрд. — в 2022 году. На администрацию траты заметно экономнее — 13,8 млрд. рублей в 2020 году, 14,1 млрд. рублей в 2021 году и 14,6 млрд. — в 2022 году.

[6]          По оценке Союза производителей бутилированных вод (СПБВ), общая нагрузка увеличится на 6,78 млрд. рублей. В результате, по подсчетам СПБВ, стоимость бутилированной воды вырастет на 2,5-5,5%. Российский союз производителей соков (РСПС) подсчитал, что дополнительный экологический сбор с отрасли превысит 588 млн. рублей. В РСПС прогнозируют рост цен на соки на 1,5-2,5%. В Национальном союзе производителей молока говорят о 4,2 млрд. рублей. По оценкам «Союзмолока», себестоимость пастеризованного молока увеличится на 1%. В ассоциации «СКО Электроника – утилизация», объединяющей производителей и импортеров бытовой и компьютерной техники, уверены, что стоимость товаров по отдельным категориям увеличится на 10%. Усугубит ситуацию и то, что Минприроды предлагает ввести пятилетний мораторий на практикуемую в настоящее время самостоятельную утилизацию отходов производителями.

[7]          Расходы на оборону в открытой части бюджета планируется увеличить на 63 млрд. рублей — до 1,068 трлн. рублей (вместо намечавшегося бюджетом 2019-2021 годов сокращения на 53 млрд. рублей). Ассигнования по статье «национальная безопасность», из которой финансируется правоохранительные ведомства (МВД, Росгвардия, СК, прокуратура и ФСБ), увеличатся на 79 млрд. рублей, до 1,455 трлн. рублей. С учетом секретных расходов на 3,323 трлн. рублей общее финансирование силового блока может вырасти с 5,543 до 5,846 трлн. рублей.

[8]          Расходы на госСМИ не опустятся до 68,4 млрд. рублей, как предусматривал бюджет 2019-2021 годов, а увеличатся на 3 млрд. рублей, до 91 млрд. рублей, из которых 6,5 млрд. рублей в виде адресной субсидии получит «Первый канал». Радикально урезать расходы на СМИ правительство планирует с 2021 года, когда вступает в силу закон о «суверенном интернете», расширяющий возможности по блокировке трафика: финансирование СМИ сократится на 22% — до 71 млрд. рублей в год. Расходы на выплаты пенсий, благодаря пенсионной реформе, получится заморозить, а к 2022 году — сократить на 7% — с 3,236 до 2,998 трлн. рублей. Общие ассигнования на социальное обеспечение населения вырастут на 143 млрд. рублей в следующем году (до 4,999 трлн.) и еще на 34 млрд. рублей в 2021 году (до 5,033 трлн. рублей). Однако в 2022 году эти расходы снова начнут сокращаться и упадут ниже уровней прошлого года (4,813 трлн. рублей).

Напротив, расходы на здравоохранение в следующем году планируется увеличить на 33% (с 739 до 990 млрд. рублей) и удерживать около этого уровня вплоть до 2022 года. Еще более радикальное повышение запланировано по статье «охрана окружающей среды» — с 195 млрд. рублей в этом году до 348 млрд. рублей в 2020 году, до 411 млрд. в 2021 году и до 437 млрд. в 2022 году.

[9] См.: https://dcenter.hse.ru/data/2019/09/29/1542774598/KGB_239.pdf.

[10] Там же.

Поделиться статьей:


Оставить комментарий