Главное меню

Бывший слепой, самозванец и гусекрад. Профессиональная жизнь и смерть Али Камалова

Меня всегда охватывает нездоровый кураж, когда я вижу или слышу слово «непотопляемый». На мой взгляд, в нашем бушующем штормами мире, непотопляемыми могут быть только три вещи – авианосцы (согласно риторике коварного Госдепа), говно и Али Камалов, секретарь Союза журналистов России и председатель Союза журналистов Дагестана.

К чему ближе товарищ Камалов – судить вам. Однако мне сей почтенный джентльмен знаком издавна, еще со времен активного участия в отмазывании от казнокрадства  знаменитого ректора ДГМА Абдурахмана «Конюха» Османова, фальсификации «расстрельных списков», якобы находящихся на руках киллеров из МВД и ФСБ, и активного вылизывания танцовщика на могилах Юрия Волкова (шизофреника со справкой «Орхана Джемаля, ныне покойного – не сумел хапнуть бабла на липовом расследовании). И я вполне определенно имею основания причислить товарища Камалова именно к тому, что не тонет, так сказать, нерукотворному продукту человеческой жизнедеятельности, в отличие от авианосцев.

Люди неустанно жалуются на низкий уровень жизни, но Камалову это незнакомо. Али как раз из тех, в чьих карманах оседают бюджетные деньги, те самые, которые при надлежащем использовании могли улучшить качество и поднять уровень жизни граждан. Пересчитывая рубли на покупку лекарств больным детям, граждане даже не задумываются, что такие, как Али Камалов тратят ворованные у бюджета  деньги, предназначенные для народа. Схема обогащения Камалова проста – списывание средств за неоказанные услуги и многократное завышение цен на оказанные. 

Ниже приводится интересная информация по нескольким мероприятиям, проведенным на бюджетные деньги, о том, какая часть осела в кармане Камалова можно догадаться из приведенных данных. Особое внимание следует обратить на клуб «Золотой орел», который принадлежит Камалову.

В условиях подкупной власти, работающий подчитчиком газеты (младший персонал, ниже корректора), Али Камалов становится  аварским редактором газеты. В те годы главными редакторами становились люди пенсионного возраста, уходящие в отставку с серьезных должностей, но Камалов задействовал свои полукриминальные связи и уговорил всех конкурентов снять свои кандидатуры. Толбоев, имея связи с Джохаром Дудаевым, помогал Камалову продавать паленый и ворованный бензин из Чечни, что помогло ему сколотить стартовый капитал, используемый им для подарков и повышения своего статуса перед авторитетными людьми аварской национальности. 

Впоследствии он все же стал врагом многим известным аварцам – Магомедтагирову, Махачеву и другим, но те в открытую конфронтацию с ним не вступали из-за его должности….

Желая укрепить свой статус, Камалов решает захватить должность председателя Союза Журналистов России в надежде стать уже директором всего издательства. Иззет Алиев, который не считал эту должность такой уж важной, и не проводя работу по этой линии, с легкостью расстается с этой должностью, но слишком поздно узнает о планах по его смещению. Начинается борьба за пост директора, но в Белом Доме уже знают, кто такой Камалов, и политика Магомедали Магомедова – оставлять всех довольными — приводит к тому, что издательство распадается.

Аварская газета становится отдельным юридическим лицом. Издательство разделяется на типорафию и издательство. В типографию назначается лучший друг Камалова Умаросман Гаджиев, которого они дальше будет проталкивать по служебной лестнице. По словам старожилов,  в те годы, будучи финансово несостоятельным, Умаросман Гаджиев запомнился многим тем, что ходил на работу в резиновых галошах и в старых рваных коротких штанишках. 

Директором издательства становится Махач Магомедов – сын всем известной  Фазу Алиевой.

С годами все редакции отделяются от издательства, и в процессе деградации  выполняют лишь функции ЖЭУ, собирая платежи за коммунальные услуги. Магомедов лишь изредка мелькает на работе, предпочитая не появляться на ней.  Издательство ветшает и количество нерешенных проблем и вопросов в этой сфере с годами накапливается…

Камалову не удается воплотить свою мечту и захватить всю власть в свои руки по одной простой причине.  В журналистких кругах он не пользуется ни авторитетом, ни уважением, за исключением «подкармливаемых» главных редакторов и коллег. Ходят  шутливые слухи, что лакская газета является приложением аварской. Любое слово Камалова тут же подхватывается Качар Гусейнаевой, и коллеги ради приличия  голосуют за любые его идеи.

После гибели министра по национальной политике Гусаева, Камалов готовит обращение к Председателю Госсовета, в котором ввражается желание, чтобы  министром назначили представителя любой другой национальности – желая протолкнуть на пост У. Гаджиева. 

В последний момент что-то идет  не по плану Камалова и на должность назначают  З.Арухова. 

Попытки Камалова протолкнуть У. Гаджиева увенчиваются  успехом лишь при Магомедсаламе, хотя благодаря ему же, последнего ставят  перед фактом увольнения…

После отставки Магомедали Магомедова, Али Камалов проталкивает по карьерной лестнице еще одного своего компаньона Касумбега Миграбова, который участвовал с ним в афере по кооперативному дому для журналистов, когда были собраны деньги на квартиры для журналистов, но так никто не увидел ни денег, ни квартир.

После назначения Камаловым председателем комитета по печати У. Гаджиева, они создают «Дагпечать» с бюджетом нескольких республиканских газет. Вновь созданное с нуля учреждение арендует большой офис, который оказывается расположен на бывшей земле издательства, где находились склады и гаражи. 

А теперь не менее интересный поворот. Чудесным образом владельцем всего этого добра оказывается Гаджиев, который сам же арендует у себя эти помещения за несколько миллионов в год. В штат «Дагпечати» зачисляются свои люди,  бывшие сотрудники его типографии. Идиллия для коррупционных схем.

На этом богатая история по обогащению Камалова и его команды не заканчивается. У. Гаджиев распродает земли позади типографии, стараясь всячески защитить себя от безжалостной руки конституции, действует так осторожно, что позавидует даже прожженый еврейский делец

 В обмен на несколько квартир в этом доме для себя и Камалова, Гаджиев  подписывает необходимые документы для отчуждения этих земельных участков. Камалова можно приводить как  наглядный пример самого отъявленного казнокрада и коррупционера. 

Отличительная черта Камалова — умение  «дружить», точнее, подкупать всех, кто попадает в поле его интересов, что он никогда и не скрывает  в окружении друзей, похваляясь, что им «куплены» все министры и председатель СЖ РФ Богданов. Камалов хвастается тем, что на съезд журналистов возит коньяки и рыбу, а вместо журналистов — певцов и танцоров. Широкая барская душа, за счет финансирования газеты Истина и доходов с его ресторана позволяет ему завести связи на федеральном уровне. Однако пускать пыль в глаза и говорить от имени главных редакторов он уже не может, почему и выпрашивает у Богданова должность секретаря СЖ РФ.

Невольно  напрашивается вопрос, если у каждого второго чиновника такой аппетит, как у Камалова, что останется от республики? 

На вышеописанном приключения Камалова не заканчиваются, а плавно переходят на многократно мелькающий в тексте объект –  ресторан «Золотой орел», некогда бывший столовой издательства, и принадлежавший государству объект. 

После попытки Хаппалаева выкупить ее незаконными методами, в дело вмешивается Камалов. Крайне негодуя о происходящем, дескать, как это так, кто имеет присваивать государственное, кроме  меня, он принимается клянчить столовую под нужды СЖ РД.

Но нельзя молча забрать госимущество, поэтому Камалов радует коллег новостью, что строит для них ресторан, после чего вынуждает их два дня подряд убирать мусор  внутри и на прилежащей территории столовой. На столовой аппетит не угасает, и Камалов, словно голодный кашалот, разевает свою неуемную пасть на примыкающий к столовой актовый зал.  Его радость омрачает весть о невозможности документально завладеть актовым залом, после чего зал был возвращается министерству. 

Присвоив  столовую, Камалов параллельно начинает  захватывать прилегающие территории — делает надстройку, открывает сауну и несколько комнат для уединения с дамами с низкой социальной ответственностью.

Можно долго перечислять все присвоенное Камаловым, начиная от сдаваемых в аренду частникам территорий и заканчивая  махинациями с оборотом служебного автотранспорта, проводимые с грубейшими нарушениями во благо собственного бездонного кармана, но пожалею читателя, и выделю основное.  

Рано или поздно люди замечают наглость чиновников, и высказывают недовольство. Штат редакции был самым многочисленным из национальных газет, и не обходилось без противостояния и возмущений со стороны работников, которых Камалов беспощадно выдавливает из редакции, предпочитая брать на работу родственников и мертвые души, что составляют половину штата организации. 

Самой близкой к телу родственницей  Камалова, занявшей одну из лучших должностей в редакции,  стала зам. гл.редактора Шамсият Султанбекова, по совместительству любовница, именуемая в народе как «вторая жена», с которой Али проживал на квартире, купленной не без помощи денег от государства. Опять же, незаконно присвоенных.

Также отмечаю такой веселый элемент — для газеты были выделены деньги на празднование ее юбилея. Средства чудесным образом освоены, но юбилей так и не провели. 

Порой тучи над Камаловым сгущались и появлялась острая необходимость в помощи покровителей, некогда подкупленных Али.

Когда  решение об увольнении Камалова было почти принято, в течении 3 дней на средства газеты «Истина» 7 тысячным тиражом была выпущена  книга – сборник стихов посвященных АРГ. Это было своего рода благодарностью за сохранение кресла, после звонка АРГ – Богданова-экс председателя СЖ РФ.

Поделиться статьей:


Оставить комментарий